• Председатель общества жителей блокадного Ленинграда «Выборгская сторона» Галина Владимировна Лесина во время войны была ребенком, но те суровые годы навсегда остались в ее памяти:

    — Я родилась в 1936 году. И когда началась война, мне было пять лет. Жили мы тогда с мамой и бабушкой в Кировском районе, на Турбинной. Папу почти не помню: сразу после моего рождения его забрали на флот. Домой он вернулся в мае 1941 года, а в июне началась война – и он сразу ушел в ополчение от «Кировского завода». А потом пропал без вести. Дядя, брат отца, тоже ушел на фронт с «Кировского завода». Погиб под Сталинградом.

    — У вас не было возможности уехать в эвакуацию?

    — Перед самой войной мы отдыхали с бабушкой на даче в Лебяжьем. Вернуться сразу не смогли, хотя мама очень хотела отправить нас в эвакуацию вместе с «Кировским заводом». Но когда ей наконец удалось прислать за нами машину и забрать нас в Ленинград, эвакуироваться было уже поздно. Потом она еще раз пыталась нас отправить из Ленинграда в 1942 году, но тоже не получилось, так мы и остались в городе.

    Мама тогда была партийным работником, она почти все время проводила на «Кировском заводе», появлялась дома не чаще, чем раз в неделю. А я все время была дома с бабушкой. Помню, как во время тревоги спускались в бомбоубежище, как уже в самом начале блокады немцы разбомбили дом рядом. Наше жилье тоже пришло в негодность, и в первую же зиму нас переселили на Ушаковскую — в комнату, из которой люди уехали в эвакуацию. Нам повезло, что там была печка, мы ее топили, на дрова ломали стулья или другую мебель.

    — Что помогло вам выжить?

    — Думаю, выжили мы только благодаря маме. Работников на заводе немного подкармливали, и она всегда старалась и нам с бабушкой что-нибудь принести. А весной и летом собирали траву, чтобы приготовить еду.

    Около нашего дома стояли противотанковые ежи. А во времы войны небо Ленинграда от вражеских самолетов защищали стратостаты, их тоже поднимали рядом с нашим домом. Занимались этим женщины. И нас, ребятишек, они старались хоть как-то подкормить — дать кусочек хлеба. Вот так и выжили. А еще в 1943 году я пошла в первый класс, училась в школе № 384 — это была школа им. 10-летия Октября.

    — Расскажите о дне снятия блокады.

    — Когда была снята блокада Ленинграда, в Кировском районе все собрались на площади у памятника С. М. Кирову – обнимались, поздравляли друг друга, ведь это было такое счастье! Но бабушка тогда была уже очень слаба, и все время просила хоть немножко масла. Мама и решила сделать ей подарок на праздник. А около «Балтийского вокзала» как раз был большой базар, мы и пошли туда, кусочек масла купили. А когда принесли домой, бабушка умерла. Так и не попробовала.

    После войны мама как партийный работник многим помогала искать родных, да и вообще по многим вопросам. Она и книгу о блокаде писала, но не дописала, умерла рано от туберкулеза позвоночника – сказались последствия голода. Очень жаль, что те ее записи не сохранились.

    — А как складывалась ваша дальнейшая жизнь после войны?

    — После школы я по семейной традиции пошла на «Кировский завод». Без отрыва от производства окончила вечернее отделение техникума, потом Северо-Западный заочный институт, работала инженером в закрытом конструкторском бюро. Я на этом предприятии в общей сложности проработала больше 30 лет с небольшим перерывом.

    Дело в том, что мой муж был военным, и мы с ним 5 лет прожили на Дальнем Востоке. Но потом я вернулась в Ленинград, снова пришла на родной завод, где работала до 1993 года, пока не переехала в Выборгский район. Муж, к сожалению, умер в 45 лет от рака. Но у меня есть двое сыновей и внучка.

    — И в нашем районе вы сразу вступили в Общество жителей блокадного Ленинграда?

    — Да, я всегда была активным человеком, всю жизнь спортом занималась и общественной работой, в нашем КБ тоже состояла в блокадном обществе. Поэтому и здесь сразу вступила.

    В Выборгском районе общество «Жители блокадного Ленинграда» начало свою работу в январе 1989 года. Поначалу у нас даже помещения не было, принимали в коридоре районной администрации на втором этаже. Затем руководство района помогло найти помещение, так через год организация переехала на Луначарского 5, где находится и до сих пор.

    Председатели общества поначалу часто менялись: Исааков, Балашов, Рыпун… Они все были замечательными людьми и хорошими руководителями… Понимаете, блокадников с каждым годом остается все меньше. Председатели сменялись часто, так как многие просто уходили из жизни. Ведь даже тем, кто во время блокады был ребенком, сейчас в основном за 80. А я возглавляю наше районное отделение уже около 10 лет.

    – Сколько сегодня проживает блокадников на территории района?

    — Когда я пришла в организацию, было около 18 тысяч, сейчас, наверное, уже раза в три меньше.

    Не все блокадники являются членами общества, оно ведь добровольное. Сейчас на учете у нас состоит примерно 3 тысячи человек. У районного отделения 8  первичных организаций в муниципальных образованиях.

    — С какими вопросами к вам обращаются? По поводу льгот, наверное?

    — Льготы уже у всех в основном давно оформлены. А звонят, когда кто-то болеет, надо навестить. Когда праздники, интересуются, какие проходят мероприятия. Часто спрашивают, как вступить в наше общество. Не все знают, что прием идет по месту жительства — там есть председатели первичек, надо к ним обращаться.

    В районном отделении тоже ведем прием. Хотя я уже привыкла, что мне часто звонят даже на домашний телефон. Конечно, не проблема ответить, если людям действительно нужно и если я могу чем-то помочь. Вообще блокадники идут к нам по самым разным вопросам, ведь в силу возраста и здоровья они порой не знают, у кого спросить совета, некоторым просто не хватает обычного человеческого общения.

    – Ветераны уходят, а что будет с организацией, когда практически не останется блокадников?

    — Мы стараемся, чтобы сохранялась связь поколений. Разумеется, основная задача нашего общества — это объединение жителей блокадного Ленинграда и оказание им помощи. Мы также вовлекаем в деятельность организации детей и внуков блокадников. Потомки поддерживают нас в организации мероприятий, ухаживают за памятниками, а значит, память о подвиге ленинградцев будет жить и передаваться из поколения в поколение.

    – А как со школьниками общаетесь?

    – Очень хорошо. Дети всегда нас встречают очень гостеприимно, дарят нам открытки и цветы. Мы в свою очередь делимся воспоминаниями, стараемся передать им свой опыт. Почти в каждой школе есть военный музей, который организовывался непосредственно при участии жителей блокадного Ленинграда — они давали фотографии, личные вещи, письма военных лет.

    – Сотрудничаете с другими районными организациями, администрацией?

    — Мы сотрудничаем со всеми: и с Советом ветеранов, и с муниципальными образованиями. Взаимодействуем с отделом соцзащиты, особенно если это касается оказания помощи одиноким людям. Стараемся принимать участие во всех районных и городских мероприятиях.

    — В январе отмечались памятные для блокадников даты: 18 января – прорыв блокады, 27 января – День полного освобождения Ленинграда от блокады, который часто называют ленинградским Днем Победы. А что вы хотели бы пожелать в связи с этими датами?

    — Конечно же, хотелось бы пожелать всем здоровья, благополучия и мирного неба над головой. А еще очень важно, чтобы не было попыток переписывания истории. К сожалению, сейчас в мире есть такие силы, которые ставят под сомнение огромный вклад советского народа в победу над фашизмом, в том числе стараются принизить и подвиг защитников Ленинграда. И это очень обидно. Конечно, во время войны было всякое, не все выдерживали испытание голодом, но все-таки подавляющее большинство ленинградцев действительно проявляло чудеса героизма и самоотверженности, а блокадное братство — это не миф. Оно живет и поныне.

    И очень хочется, чтобы об этом помнили

29 30 31 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 1 2