• На открытке начала ХХ века – давно уже не существующий Беклешов парк в Лесном. Находился он у площади Мужества на месте завода «Красный Октябрь». В нынешней системе координат – между проспектом Непокоренных, Политехнической и Новороссийской улицами.

    Еще в середине XVIII века, когда северные окрестности столицы раздавались екатерининским вельможам, здесь появилась Спасская мыза. Одним из первых ее владельцев являлся гофинтендант Иван Шаргородский, от него земли перешли к статскому советнику Закревскому, президенту Государственной медицинской коллегии.

    Своего расцвета мыза достигла к началу XIX века, когда ею владел сановник императорских дворов Екатерины II и Павла I Иван Кушелев. С тех пор мыза стала именоваться «Кушелевкой», и со временем второе название совершенно вытеснило первое. Кушелев присоединил к мызе часть земель, купленных у соседа графа Безбородко, и с большой любовью обустроил здесь свою летнюю резиденцию. Создал прекрасный парк с островками, гротом, беседками и аллеями, установил несколько памятников: колонну в память щедрот Екатерины, обелиск в честь любимой собаки, подаренной ею Кушелеву и третий монумент – в память единственного сына Кушелевых, погибшего на войне в Грузии.

    В 1831 году земли на Спасской мызе по наследству получила Елизавета Петровна Молчанова, внучка Ивана Кушелева. Она была родственницей многих известных фамилий – Ланских, Чернышевых, Одоевских. Ее супруг Платон Николаевич Беклешов, полковник лейб-гвардии Измайловского полка, участник Бородинского сражения, кавалер боевых орденов, происходил из старинного рода псковских дворян. Судя по его послужному списку, он являлся еще и умелым организатором. Некоторое время он был чиновником по особым поручениям и, в частности, «проявил отличное усердие в борьбе с холерой в Петербурге» в 1831 году.

    В 1840 году, после выхода в отставку, полковник Беклешов начинает активно заниматься делами Спасской мызы, которая с тех пор все чаще именуется «Беклешовкой». Он устроил новое помещение почтового отделения, замостил Малую Спасскую улицу (ныне ул. Карбышева), построил для своей семьи новую усадьбу, а старое здание стало дачной конторой. В 1844 году он устроил регулярное транспортное сообщение со столицей – «Спасский дилижанс» (сегодня это можно сравнить едва ли не с линией метро).

    Вот что писал 4 мая 1844 года в «Литературной газете» молодой журналист Николай Некрасов, более известный нам как поэт крестьянской печали: «...учреждается омнибус для желающих ездить на Спасскую Мызу г. Беклешова (за Лесным институтом), в окрестные места и обратно, который будет ездить по Каменноостровскому проспекту, через Каменный остров, мимо дачи графини Строгановой и так далее... Омнибус будет ездить... четыре раза в день туда и четыре обратно... Пункт отшествия его из Петербурга – у Гостиного двора, а с Спасской Мызы – у часовни...».

    В номере той же газеты от 30 июля 1844 года Некрасов писал о саде Беклешовых: «Это, без сомнения, одна из лучших ближайших к Петербургу окрестностей. Жители Кушелевой деревни и соседних с нею дач... могут прогуливаться без калош, хоть тотчас после дождя, по обширному саду, в котором... всегда сухо. В саду... по воскресеньям играет музыка... У небольшого здания, на котором красуется написанная суриком на черном поле вывеска «Кондитерская», и в самом здании слышны веселые голоса; хлопают пробки...».

    Вот что писал о Беклешовых некий мемуарист Д. И. Никифоров в книге «Воспоминания из времен Николая I» (описанные события происходят между 1844 и 1855 годами): «...Другой дом, который я посещал на Спасской мызе, был дом Беклешова, мужа владелицы имения. При нем жили две дочери, Анна и Лидия, и сын, студент Петербургского университета... Жена с младшим сыном жила в Италии...».

    Тот же Никифоров оставил и описание парка – обширного, с затеями екатерининских времен. Хотя он был разбит на равнине, в нем были искусственно созданы возвышенности; вырыт пруд, и из вырытой земли сделана «гора роз». По всему парку проведены каналы с множеством бухт и прудов. Кроме того, устроена была земляная крепость с валами и рвом. Были беседки и «храм славы» с мраморным бюстом императрицы Екатерины II, а также разные каменные обелиски и памятники. На большом пруду в конце сада находились две пристани.

    По всей видимости, владелица имения привыкла жить слишком расточительно и наделала долгов. В 1858 – 1860 годах имение было продано по частям с торгов, и центральную часть приобрел известный в те годы доктор Карл Карлович Реймер. Он пытался заниматься дачным бизнесом, построил большое количество однотипных дач, устроил увеселения для публики, а также попытался переименовать местность в «Здоровые места». Однако название не прижилось.

    В 80-х годах XIX века по праздничным дням сюда съезжалась едва ли не вся Выборгская сторона. Под звуки шарманки крутилась карусель, грохотали силомеры, молодежь летала на «гигантских шагах», а Петрушка истошными криками зазывал публику в балаган...

    В 1893 году хозяином Беклешовки стал городской голова Петербурга В. А. Ратьков-Рожнов – землевладелец, лесопромышленник, золотопромышленник и владелец горных заводов. Однако уже тогда там началось запустение. В 1913 году бывший Беклешов сад купило акционерное общество для устройства на его месте нового поселка. Оно начало прокладывать дороги, мостить их, распродавать участки, но начавшаяся Первая мировая война остановила эти работы. Участники Кружка изучения Лесного, возникшего в 1916 году в коммерческом училище на Институтском проспекте, пытались сохранить садовую скульптуру и другие памятники «Беклешовки», но тщетно.

    На картах 1925 – 1927 годов на месте парка показаны жилые кварталы, образованные Путиловской, Лианозовской, Белозерской улицами и улицей Дервиза. Вероятно, часть этих улиц существовала только в планах, а в реальности здесь были огороды, песчаные карьеры и свалки. На общедоступных картах города последний раз пруды «Беклешовки» были отмечены в 1933 году.

    В конце 1930-х территорию бывшей «Беклешовки» начал осваивать переехавший сюда завод «Красный Октябрь». Последние следы парка полностью исчезли к началу войны, а имя бывших владельцев участка сохранялось только в названии Беклешовской улицы, в 1952 году ставшей Гжатской.

    Текст: Новости Выборгского района Санкт-Петербурга
    Фото: Новости Выборгского района Санкт-Петербурга
    Разделы: